О САЙТЕ КОНТАКТЫ ENGLISH
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ОБЗОРЫ СТАТИСТИКА СТАТЬИ КАТАЛОГ

Экономика США: Денежно-кредитная и налогово-бюджетная политика

Роль государства в американской экономике выходит далеко за рамки регулирования отдельных отраслей. Государство также управляет общим темпом экономической деятельности, стремясь поддерживать высокий уровень занятости и стабильные цены. Оно располагает двумя главными инструментами достижения этих целей: налогово-бюджетной политикой, посредством которой оно определяет подходящий уровень налогов и расходов, и денежно-кредитной политикой, посредством которой оно управляет суммой денег, находящихся в обращении.

Значительная часть истории экономической политики Соединенных Штатов со времен Великой депрессии 30-х годов была связана с постоянными усилиями правительства найти такое сочетание денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики, которое обеспечивало постоянное развитие экономики и стабильность цен. Это нелегкая задача, и процесс ее решения отмечен заметными неудачами.

Однако правительство добилось большего успеха в обеспечении устойчивого развития. Длительность спадов американской экономики за период с 1854 года по 1919 год почти равна длительности подъемов: средний период экономического роста (определяемый как период, отмеченный увеличением объема товаров и услуг) длился 27 месяцев, а средний спад (период уменьшения объема товаров и услуг) длился 22 месяца. В промежуток с 1919 года по 1945 год эти данные улучшились: средний подъем длился 35 месяцев, средний спад - 18 месяцев. А в период с 1945 по 1991 год ситуация улучшилась еще заметней - средний подъем длился 50 месяцев, средний спад - всего 11.

Однако инфляция оказалась более непокорной. В период до Второй мировой войны цены были в высшей степени стабильными; например, уровень потребительских цен в 1940 году не превышал уровень цен в 1778 году. Но спустя 40 лет, в 1980 году, уровень цен составил 400 процентов от уровня 1940 года.

Относительно плохие результаты борьбы правительства с инфляцией отчасти отражают тот факт, что на протяжении большей части послевоенного периода оно прилагало больше усилий к преодолению экономических спадов (и вызываемого ими роста безработицы). Однако, начиная с 1979 года, правительство стало уделять больше внимания инфляции, и показатели в этой области заметно улучшились. К концу 90-х годов страна переживала благополучный период сочетания существенного экономического роста с низким уровнем безработицы и низкой инфляцией. Но если разработчики стратегии в целом смотрели в будущее с оптимизмом, они все же признавали некоторую неопределенность перспектив на следующее столетие.

Налогово-бюджетная политика - бюджет и налоги

Расширение государственного аппарата с 30-х годов сопровождалось неуклонным увеличением государственных расходов. В 1930 году федеральное правительство обходилось всего в 3,3 процента валового внутреннего продукта страны, или общего объема производимых продуктов и услуг, включая импорт и экспорт. К 1944-му году, в разгар Второй мировой войны, эта цифра выросла почти до 44 процентов, и упала до 11,6 процентов в 1948 году. Однако в последующие годы расходы правительства в процентах от ВВП, как правило, росли, составив почти 24 процентов в 1983 году и несколько снизившись в дальнейшем. В 1999 году этот показатель равнялся приблизительно 21 проценту.

Разработка налогово-бюджетной политики - сложный процесс. Ежегодно президент предлагает Конгрессу бюджет, или план расходов. Законодатели рассматривают президентские предложения в несколько этапов. Сначала они принимают решение относительно общего уровня расходов и налогов. Затем они разбивают эту общую величину на несколько статей, среди которых, например, национальная оборона, здравоохранение и социальные службы, транспорт. Наконец конгресс рассматривает отдельные законопроекты об ассигнованиях, определяющие будущие расходы по каждой из статей. Для вступлению в силу каждый законопроект об ассигнованиях должен быть подписан президентом. Процесс принятия бюджета часто занимает всю сессию Конгресса; президент представляет свои предложения в начале февраля, а Конгресс часто завершает свою работу по законопроектам об ассигнованиях к сентябрю (а иногда и позже).

Главным источником средств федерального правительства для покрытия его расходов является подоходный налог с физических лиц, который обеспечил в 1999 году приблизительно 48 процентов от общей суммы федеральных доходов. Значение налога на зарплату, финансирующего программы социального страхования и «Медикэр» (программа льготного медицинского страхования для лиц старше 65 лет и инвалидов), возросло в связи с расширением этих программ. В 1998 году налог на заработную плату обеспечивал одну треть всех федеральных доходов; как работодатели, так и работающие должны были платить 7,65 процента от своей зарплаты, не превышающей 68 400 долларов США в год. Еще 10 процентов своих доходов федеральное правительство получает от налога на прибыль компаний, а остальная часть дохода обеспечивается различными другими налогами. (Местные правительства, напротив, обычно собирают большую часть своих налоговых поступлений посредством налогов на собственность. Правительства штатов по традиции опираются на акцизные сборы и налоги на продажи, однако со времен Второй мировой войны возросло значение собираемых штатами подоходных налогов.)

Федеральный подоходный налог взимается с доходов граждан США, получаемых ими во всем мире, с доходов иностранцев, постоянно проживающих в США, а также с определенных доходов нерезидентов, получаемых от источников в США. Первый закон США о подоходном налоге был принят в 1862 году для финансирования гражданской войны. Согласно закону о подоходном налоге 1862 года учреждалось Управление Уполномоченного по налогам для сбора налогов и принудительного исполнения налоговых законов посредством изъятия собственности неплательщиков или их судебного преследования. Права и полномочия Уполномоченного по налогам сохранились до сегодняшнего дня в основном без изменений.

В 1895 году Верховный суд объявил подоходный налог неконституционным, потому что он не был распределен между штатами в соответствии с конституцией. Только в 1913 году с принятием 16-ой поправки к конституции Конгресс получил полномочия взимать подоходный налог без распределения. И все же, за исключением периода Первой мировой войны, система подоходных налогов оставалась до 30-х годов относительно незначительным источником федеральных доходов. Во время Второй мировой войны была введена современная система управления федеральными подоходными налогами, ставки подоходных налогов поднялись до очень высокого уровня, и они стали главным источником федеральных доходов. Начиная с 1943 года, правительство требовало от работодателей, чтобы они собирали подоходные налоги с работающих посредством удержания определенных сумм из их заработной платы; эта политика упростила сбор налогов и существенно увеличила число налогоплательщиков.

Сегодня дебаты относительно подоходного налога затрагивают в основном три проблемы: подходящий общий уровень налогообложения; степень возрастания, или «прогрессивности», ставок; степень, в которой этот налог должен использоваться для решения социальных задач.

Общий уровень налогообложения определяется посредством обсуждения бюджета. Хотя американцы позволяли правительству создавать дефицит бюджета, например, в 70-х, 80-х и начале 90-х годов, когда правительство расходовало больше, чем собирало с помощью налогов, в принципе они считают, что бюджет должен быть сбалансированным. Большинство демократов, однако, готовы принять более высокий уровень налогообложения для поддержки более активного правительства, в то время как республиканцы обычно выступают за низкие налоги и уменьшенное правительство.

Изначально подоходный налог был прогрессивным, то есть его ставки были более высокими для людей с большим доходом. Большинство демократов поддерживает высокую степень прогрессивности, утверждая, что справедливо заставлять людей с большими доходами платить большие налоги. Однако многие республиканцы считают, что резко прогрессирующая ставка налога отнимает у людей стимулы к труду и инвестированию средств и тем самым наносит ущерб экономике в целом. Соответственно, многие республиканцы отстаивают более сглаженную схему налогообложения. Некоторые даже предлагают установить одинаковую, или «равную», ставку налога для всех. (Некоторые экономисты - как республиканцы, так и демократы - высказывают мнение, согласно которому экономика выиграет, если государство вовсе отменит подоходный налог и заменит его налогом на потребление, то есть будет облагать налогом не заработки людей, а их расходы. Сторонники этого подхода утверждают, что он будет стимулировать сбережение и инвестирование средств. Однако по состоянию вопроса на конец 90-х годов эта идея не получила поддержки, достаточной для серьезных шансов на ее реализацию.

На протяжении многих лет законодатели предусматривали различные налоговые льготы и вычеты из подоходного налога для поощрения отдельных видов экономической деятельности. Важным примером является право налогоплательщиков вычитать из их налогооблагаемых доходов любые проценты, которые они должны платить по ссудам на покупку жилья. Аналогичным образом, правительство разрешает налогоплательщикам с малыми и средними доходами выводить из-под налогообложения определенные суммы средств, которые они копят на специальных индивидуальных пенсионных счетах (ИПС) для покрытия пенсионных расходов и оплаты обучения детей в колледжах.

Закон о налоговой реформе 1986 года, возможно, наиболее существенной реформе налоговой системы США со времени ввода подоходного налога, уменьшил ставку подоходного налога, одновременно сократив многие широко используемые налоговые вычеты (вычет процентов, выплачиваемых по жилищным ссудам, и взносов на индивидуальные пенсионные счета был, однако, сохранен). Закон о налоговой реформе заменил 15 налоговых «вилок» прежнего закона с максимальной ставкой в 50 процентов на систему с только двумя налоговыми «вилками», соответствующими 15 и 28 процентам. Другие положения закона уменьшали или ликвидировали подоходные налоги для миллионов американцев с низкими доходами.

Налогово-бюджетная политика и экономическая стабилизация

В 30-е годы, когда Соединенные Штаты выходили из Великой депрессии, правительство начало использовать налогово-бюджетную политику не только для обеспечения собственных потребностей или проведения определенной социальной политики, но и в интересах общего экономического роста и стабильности. Разработчики стратегий находились под влиянием Джона Мейнарда Кейнса, английского экономиста, утверждавшего в своем труде «Общая теория занятости, прибыли и денег» (1936), что массовая безработица его времени была вызвана недостаточным спросом на товары и услуги. По Кейнсу, люди не имели достаточных доходов для покупки всего, что могла производить экономика, поэтому цены падали, компании терпели убытки или разорялись. Без вмешательства правительства, говорил Кейнс, это могло стать порочным кругом. По мере банкротства компаний, продолжал он, число безработных увеличивается, приводя к дальнейшему уменьшению доходов населения и увеличению числа компаний, тонущих в этой опасной воронке. Кейнс утверждал, что государство способно остановить спад путем увеличения собственных расходов или снижения налогов. В обоих случаях доходы возрастут, люди будут тратить больше денег, и экономика снова начнет развиваться. Если государство вынуждено пойти ради этого на образование дефицита бюджета, пусть это случится, говорил Кейнс. По его мнению, альтернатива этому - углубляющийся экономический спад - представляет гораздо большую опасность.

В 30-е годы идеи Кейнса были приняты лишь частично, однако резкое увеличение государственных военных расходов в период Второй мировой войны, похоже, подтвердило его теории. Когда расходы правительства подскочили, доходы людей возросли, фабрики вновь заработали на полную мощность, и тяготы депрессии стали забываться. После войны экономику продолжал подпитывать ранее сдерживаемый спрос многих семей, которые долгое время откладывали на будущее обзаведение жильем и детьми.

К 60-м годам разработчики стратегий, казалось, стали приверженцами теорий Кейнса. Однако сейчас, оглядываясь назад, большинство американцев считает, что тогда правительство совершило ряд ошибок в области экономической политики, которые в конце концов привели к пересмотру налогово-бюджетной политики. Уменьшив налоги в 1964 году для стимуляции экономического роста и сокращения безработицы, президент Линдон Б. Джонсон (1963-1969) и Конгресс начали реализацию дорогостоящих программ, связанных с расходами внутри страны и призванных облегчить бремя бедности. Джонсон также увеличил военные расходы, оплачивая участие Америки во вьетнамской войне. Эти масштабные государственные программы в сочетании с большими потребительскими расходами повышали спрос на товары и услуги до объемов, превышавших возможности экономики. Заработная плата и цены начали расти. Вскоре возрастание заработной платы и цен стали нейтрализовать друг друга. Подобное увеличение всех цен по спирали называется инфляцией.

Кейнс утверждал, что во время таких периодов чрезмерного спроса правительство должно уменьшать расходы или повышать налоги для предотвращения инфляции. Однако антиинфляционная налогово-бюджетная политика часто оказывается политически невыгодной из-за своей непопулярности, и правительство сопротивлялось переходу к ней. Затем в начале 70-х годов на страну обрушился резкий подъем мировых цен на нефть и продукты питания. Это поставило перед разработчиками стратегии острую дилемму. Традиционная антиинфляционная стратегия заключалась в ограничении спроса посредством урезания федеральных расходов или повышения налогов. Но это привело бы к оттоку доходов из экономики, и без того страдавшей от повышения цен на нефть. Результатом стало бы резкое повышение безработицы. Если бы разработчики стратегии решили противодействовать потерям доходов, вызванных ростом цен на нефть, им бы пришлось увеличить расходы или уменьшить налоги. Поскольку ни один из этих методов не мог увеличить предложение нефти и продуктов питания, повышение спроса без изменения предложения привело бы лишь к росту цен.

Президент Джимми Картер (1977-1981) пытался разрешить дилемму с помощью двухкомпонентной стратегии. Он направил налогово-бюджетную политику на борьбу с безработицей, допуская раздувание федерального дефицита и создавая программы увеличения занятости для сглаживания цикличности экономики. Для борьбы с инфляцией он создал программу добровольного контроля над заработками и ценами. Ни один из компонентов этой стратегии не работал должным образом. К концу 70-х годов страна страдала от высокого уровня безработицы и высокой инфляции.

Многие американцы видели в стагфляции свидетельство практической несостоятельности теории Кейнса, к тому же другой фактор еще сильнее снизил способность правительства использовать налогово-бюджетную политику для управления экономикой. Теперь постоянным элементом налогово-бюджетной ситуации, похоже, стал дефицит бюджета. Он впервые начал вызывать озабоченность в период экономического застоя 70-х годов. Затем в 80-е годы дефицит бюджета увеличивался в связи с тем, что президент Рональд Рейган (1981-1989) осуществлял программу урезания налогов и повышал военные расходы. К 1986 году дефицит бюджета возрос до 221 миллиарда долларов, составив более 22 процентов общих федеральных расходов. Теперь, даже если правительство хотело использовать затратную или налоговую политику для повышения спроса, дефицит делал такую стратегию невозможной.

Начиная с конца 80-х годов, уменьшение дефицита бюджета стало приоритетной задачей налогово-бюджетной политики. В связи с быстрым ростом возможностей в области внешней торговли и появлением новых технических продуктов, казалось, не было большой нужды в использовании государственной политики для стимуляции экономического роста. Чиновники утверждали, что более низкий дефицит уменьшит государственные займы и поможет снизить процентные ставки, облегчая компаниям приобретение капитала для финансирования развития. Государственный бюджет наконец стал в 1998 году избыточным. Это вызвало призывы к новым уменьшениям налогов, но энтузиазм в отношении снижения налогов отчасти сдерживался сознанием того, что государство столкнется к большими бюджетными проблемами в начале нового века, когда многочисленное поколение послевоенного «бума рождаемости» достигнет пенсионного возраста и начнет забирать пенсионные выплаты системы социального обеспечения и медицинские выплаты программы «Медикэр».

К концу 90-х разработчики стратегии были значительно менее склонны, нежели их предшественники, использовать налогово-бюд-жетную политику для достижения масштабных экономических целей. Вместо этого они сосредоточились на более узких изменениях политики в интересах укрепления отдельных компонент экономики. Президент Рейган и сменивший его Джордж Буш (1989-1993) старались уменьшить налоги на доходы с капитала, то есть повысить благосостояние нации за счет увеличения ценности таких активов, как собственность или акции. Они говорили, что такие изменения будут стимулировать сбережения и инвестирование. Демократы сопротивлялись этому, утверждая, что такие изменения принесут колоссальную выгоду богатым. Но когда дефицит бюджета уменьшился, президент Клинтон (1993-2001) уступил в этом вопросе, и максимальная ставка налога на доход с капитала уменьшилась в 1996 году с 28 процентов до 20 процентов. Клинтон тем временем также старался воздействовать на экономику, создавая различные программы в области образования и профессионального обучения, направленные на создание высококвалифицированной, а следовательно, более продуктивной и конкурентоспособной рабочей силы.

Деньги в экономике США

В последние годы XX века при сохранении огромной важности бюджета акцент в работе по управлению всей экономикой в целом заметно сместился от налогово-бюджетной политики к денежно-кредитной. Денежно-кредитная политика - сфера деятельности Федеральной резервной системы, являющейся независимым правительственным ведомством. «Фед», как его обычно называют, включает в себя 12 региональных федеральных резервных банков и 25 отделений федеральных резервных банков. Все коммерческие банки страны, зарегистрированные в соответствии с федеральными законами, должны быть членами федеральной резервной системы; банкам, зарегистрированным властями штатов, также разрешается вступать в эту систему. Обычно банк, являющийся членом Федеральной резервной системы, использует резервный банк своего региона таким же образом, как физическое лицо использует свой местный банк.

Федеральной резервной системой руководит Совет управляющих Федеральной резервной системой. В него входят семь членов, назначаемых президентом на взаимно перекрывающиеся 14-летние сроки. Наиболее важные решения в области денежно-кредитной политики принимаются Комитетом по операциям на открытом рынке Федеральной резервной системы, состоящим из семи управляющих, президента федерального резервного банка Нью-Йорка, и четырех периодически заменяемых президентов других федеральных резервных банков. Хотя Федеральная резервная система обязана периодически отчитываться о своих действиях перед конгрессом, по закону управляющие не зависят от Конгресса и президента. Укрепляя эту независимость, «Фед» проводит свои наиболее важные политические дебаты при закрытых дверях и часто обнародует их содержание лишь по прошествии определенного времени. Он также покрывает расходы на свою деятельность за счет доходов от инвестирования и платы за предоставляемые им услуги.

Федеральный резерв имеет три главных инструмента управления суммой находящихся в обороте денег и предложением кредитов в экономике. Наиболее важный - операции на открытом рынке, или покупка и продажа государственных ценных бумаг. Для увеличения суммы денег, находящихся в обороте, Федеральный резерв покупает государственные ценные бумаги у банков, других компаний и физических лиц, оплачивая их чеками (новый источник денег, которые он печатает); когда чеки «Феда» помещаются в банки, они создают новые резервные фонды, часть которых банки могут использовать для кредитования или инвестирования, тем самым увеличивая количество денег, находящихся в обращении. С другой стороны, если «Фед» желает уменьшить сумму находящихся в обращении денег, он продает государственные ценные бумаги банкам, забирая у них резервные фонды. Имея меньшие резервные фонды, банки вынуждены уменьшить кредитование, и сумма находящихся в обращении денег соответственно уменьшается.

«Фед» также может контролировать сумму находящихся в обращении денег путем указания учреждениям, принимающим вклады, какие резервные фонды они должны держать в виде наличности в сейфах или в виде вкладов в их региональных резервных банках. Повышение величины обязательных резервных фондов заставляет банки удерживать у себя большую часть своих фондов, тем самым уменьшая сумму находящихся в обращении денег, а снижение этой величины приводит к обратному результату -повышению суммы денег, находящихся в обращении. Банки часто дают друг другу однодневные ссуды для удовлетворения требований к величине резервных фондов. Ставка по таким ссудам, называемая «ставкой федеральных фондов», является важным критерием того, насколько «скупа» или «щедра» денежно-кредитная политика в данный момент времени.

Третий инструмент «Феда» - это учетная ставка, или проценты, которые коммерческие банки платят за кредиты резервных банков. Повышая или понижая учетную ставку, «Фед» может поощрять или тормозить заимствования и тем самым менять величину доходов, получаемых банками от выдачи кредитов.

Эти инструменты позволяют Федеральному резерву увеличивать или уменьшать количество денег и кредитов в экономике США. Если сумма находящихся в обращении денег возрастает, говорят, что кредиты становятся более доступными. В этой ситуации процентные ставки снижаются, компании и покупатели тратят больше денег, занятость увеличивается; если при этом экономика уже работает почти на полную мощность, избыток денег ведет к инфляции, или снижению ценности доллара. Когда сумма денег, находящихся в обращении, уменьшается, кредиты становятся менее доступными. В этой ситуации проценты по займам повышаются, уровень расходов стабилизируется или падает, а инфляция уменьшается; если экономическая активность невысока, ограниченность средств может привести к увеличению безработицы.

Многие факторы осложняют способность Федерального резерва использовать денежно-кредитную политику для решения определенных задач. Например, денежные средства имеют много разных форм, и часто оказывается неясным, на какую из них следует воздействовать. Простейшая форма денег - это монеты и бумажные купюры. Монеты имеют различные номиналы, равные частям доллара: пенни равен одному центу или сотой части доллара; также есть пятицентовик, монета в десять центов, монета в двадцать пять центов, полдоллара - пятьдесят центов, и однодолларовая монета. Бумажные деньги имеют следующие номиналы: 1, 2, 5, 10, 20, 50 и 100 долларов.

Более важная компонента денег, находящихся в обращении, существует в виде вкладов на текущих счетах, или бухгалтерских записей в банках и других финансовых учреждениях. Физические лица могут совершать платежи путем выписывания чеков, являющимися по сути указаниями их банкам выплатить определенные суммы получателям чеков. Срочные вклады подобны вкладам на текущих счетах, отличие состоит лишь в том, что владелец соглашается сохранять сумму на счету в течение определенного периода; обычно вкладчики могут забирать эти средства до установленного срока, платя при этом неустойку и теряя определенный процент. Деньги - это также инвестиционные фонды денежного рынка, которые являются акциями пулов краткосрочных ценных бумаг, а также различные другие активы, легко и быстро конвертируемые в наличность.

Количество денег, существующих в различных формах, может меняться время от времени в зависимости от предпочтений и других факторов, которые могут быть или не быть важными для экономики в целом. Задача «Феда» усложняется тем, что изменения находящихся в обороте денег сказываются на экономике только через неопределенный период времени.

Денежно-кредитная политика и налогово-бюджетная стабилизация

Деятельность «Феда» менялась со временем под влиянием важных событий. Конгресс создал в 1913 году Федеральную резервную систему для усиления контроля над банковской системой и предотвращения паники среди вкладчиков банков, возникавшей периодически в предыдущем веке. В результате Великой депрессии 30-х годов Конгресс дал «Феду» право менять требования к резервированию фондов и регулировать маржу фондового рынка (часть цены акции, вносимой наличными при покупке в кредит).

И все же Федеральный резерв часто был склонен подчиняться избранным высшим должностным лицам в вопросах общей экономической политики. Например, во время Второй мировой войны «Фед» действовал таким образом, чтобы помочь казначейству США занимать деньги под низкие проценты. Позже, когда правительство продавало большое количество ценных бумаг казначейства для финансирования корейской войны, «Фед» скупал их в большом количестве для предотвращения падения их цены (тем самым увеличивая сумму денег, находящихся в обращении). «Фед» вновь заявило о своей независимости в 1951 году, заключив соглашение с казначейством о том, что политика Федерального резерва не должна подчиняться финансовой политике казначейства. Однако центральный банк до сих пор не совершал серьезных отступлений от сложившейся политической традиции. Например, при консервативной в налогово-бюджетном отношении администрации президента Дуайта Эйзенхауэра (1953-1961) «Фед» делал акцент на стабильности цен, а при более либеральных президентах в 60-х годах - на полной занятости и экономическом росте.

В течение большей части 70-х годов «Фед» допускал быстрое расширение кредитов в соответствии с желанием правительства бороться с безработицей. Но при инфляции, все сильнее подрывавшей экономику, центральный банк с 1979 года стал резко затягивать гайки денежно-кредитной политики. Эта тактика успешно затормозила увеличение находящихся в обороте денег, но способствовала быстрым спадам экономики в 1980 и 1981-1982 годах. Однако темп инфляции действительно уменьшился, и к середине декады «Фед» снова мог проводить политику осторожного расширения экономики. Тем не менее, процентные ставки оставались сравнительно высокими, поскольку федеральное правительство было вынуждено прибегать к крупным займам для покрытия дефицита бюджета. По мере уменьшения дефицита, который окончательно исчез в 90-х годах, процентные ставки также медленно снижались.

Растущее значение денежно-кредитной политики и уменьшение роли налогово-бюджетной политики в стабилизации экономики, возможно, отражали как политическую, так и экономическую реальности. Опыт 60-х, 70-х и 80-х подсказывает, что демократически избранные правительства, использующие для борьбы с инфляцией налогово-бюджетную политику, могут сталкиваться с проблемами более серьезными, чем безработица. Борьба с инфляцией требует от правительства принятия таких непопулярных мер, как уменьшение расходов или повышение налогов, в то время как методы традиционной налогово-бюджетной политики для борьбы с безработицей оказываются более популярными, поскольку они требуют повышения расходов или сокращения налогов. Другими словами, в периоды инфляции политическая реальность может благоприятствовать большей роли денежно-кредитной политики.

Еще один фактор объясняет, почему налогово-бюджетная политика может лучше подходить для борьбы с безработицей, а денежно-кредитная - быть более эффективной в борьбе с инфляцией. Возможности денежно-кредитной политики в оздоровлении экономики в период сильного спада, как при депрессии 30-х годов, являются ограниченными. Лекарство денежно-кредитной политики от экономического спада - повышение суммы денег, находящихся в обращении, и связанное с этим понижение процентных ставок. Но когда процентные ставки становятся равными нулю, возможности «Феда» исчерпываются. Соединенные Штаты не сталкивались в последние годы с этой ситуацией, которую экономисты называют «ловушкой ликвидности», но она возникла в Японии в конце 90-х годов. В условиях экономического застоя и почти нулевых процентных ставок японское правительство, по мнению многих экономистов, должно было проводить более агрессивную налогово-бюджетную политику, при необходимости допуская значительный государственный дефицит для стимулирования новых расходов и экономического роста.

Новая экономика?

Сегодня экономисты Федерального резерва используют несколько оценок для определения, должна ли денежно-кредитная политика быть более «скупой» или более «щедрой». Один из подходов заключается в сравнении фактического и потенциального темпов роста экономики. Потенциальный рост считается равным сумме роста рабочей силы и любых повышений производительности труда, или продукции, приходящейся на одного работника. В конце 90-х годов прогнозируемый ежегодный прирост рабочей силы составлял 1 процент, а производительности труда - от 1 до 1,5 процентов. Поэтому потенциальный темп роста считался составляющим 2-2,5 процента. По этой оценке превышение фактическим ростом долгосрочного потенциального роста воспринимается как фактор, повышающий опасность инфляции и поэтому требующий уменьшения находящихся в обороте денег.

Второй показатель, называемый NAIRU, - это процент безработицы, не приводящей к усилению инфляции. Анализируя данные за длительный период, экономисты заметили, что инфляция обычно усиливается, когда безработица падает ниже определенного уровня. В течение десятилетия, закончившегося в начале 90-х годов, экономисты считали NAIRU равным приблизительно 6 процентам. Но позже в 90-е годы этот показатель уменьшился приблизительно до 5,5 процентов.

Возможно, еще более важно то, что в конце 90-х годов появились новые технологии - микропроцессорные, лазерные, оптоволоконные, спутниковые - похоже, способные сделать американскую экономику более производительной, чем допускали экономисты. «Последние новшества, которые мы называем информационными технологиями, начали менять характер бизнеса и создания ценностей, причем зачастую способами, которые было трудно предсказать еще пять лет тому назад», - сказал в середине 1999 года председатель Федерального резерва Алан Гринспэн.

По мнению Гринспэна, отсутствие своевременной информации о потребностях покупателей и местонахождении сырья ранее вынуждало компании использовать более значительные материально-производственные запасы и рабочую силу, чем те, которыми они могли бы обходиться при наличии такой информации. Но с улучшением качества информации компании могут работать более эффективно. Информационные технологии также обеспечивают уменьшение времени доставки, они ускоряют и упрощают инновационный процесс. Например, отмечает Гринспэн, применение компьютеров позволило сократить штаты архитекторских компаний и длительность проектирования, повысило скорость и качество медицинской диагностики.

Подобными технологическими новшествами, похоже, объяснялся неожиданный подъем производительности в конце 90-х годов. Если в начале десятилетия ежегодный прирост производительности составлял менее 1 процента, то к концу 90-х этот показатель равнялся приблизительно 3 процентам, существенно превышая ожидания экономистов. Более высокая производительность означала, что компании могли развиваться быстрее, не провоцируя инфляцию. Неожиданно скромные требования работающих относительно повышения заработной платы - возможно, результат того, что люди боялись потерять свои места в быстро меняющейся экономике - также помогали уменьшить бремя инфляции.

Некоторые экономисты высмеивали концепцию, согласно которой Америка внезапно создала «новую экономику», способную развиваться гораздо быстрее без инфляции. Хотя повышение всемирной конкуренции - неоспоримый факт, отмечали они, этот процесс не затронул многие отрасли американской экономики. И хотя компьютеры явно меняли характер ведения бизнеса в Америке, они также порождали дополнительные пласты сложностей в деловых операциях.

Но если экономисты все чаще соглашались с Гринспэном в том, что экономика переживала существенный «структурный сдвиг», в спорах все реже затрагивался вопрос о том, меняется ли экономика, и все чаще - о том, как долго будут сохраняться удивительно хорошие показатели. Ответ, похоже, частично зависел от старейшего компонента экономики - рабочей силы. При интенсивном росте экономики работники, вытесненные новыми технологиями, легко находили работу в новых отраслях. В результате в конце 90-х количество работающих повышалось быстрее, чем общая численность населения. Эта тенденция не могла продолжаться бесконечно. К середине 1999 года число «потенциальных работников» в возрасте от 16 до 64 лет - то есть безработных, желающих работать при наличии такой возможности - составило приблизительно 10 миллионов, или 5,7 процента от всего населения. Это был самый низкий показатель с 1970 года, когда правительство начало собирать такие данные. В конце концов, предупреждали экономисты, Соединенные Штаты столкнутся с нехваткой рабочей силы, что, в свою очередь, может вызвать инфляцию и потребовать от Федерального резерва организации замедления экономического роста.

И все же многие факторы могут задержать такое, на первый взгляд неизбежное, развитие событий. Может усилиться иммиграция, увеличивающая число доступных работников. Это, однако, представляется маловероятным, поскольку политический климат в Соединенных Штатах 90-х годов не благоприятствовал увеличению иммиграции. Скорее, по мнению возрастающего числа аналитиков, увеличится количество американцев, работающих после достижения традиционного пенсионного возраста - 65 лет. Это также может увеличить количество потенциальных работников. Действительно, в 1999 году Комитет по экономическому развитию, авторитетная организация по изучению бизнеса, призвала работодателей убрать барьеры, ранее мешавшие пожилым работникам оставаться на рабочих местах. Сегодняшние тенденции подсказывают, что к 2030 году на каждого американца старше 65 лет будет приходиться менее трех работающих, хотя в 1950 году это число равнялось семи - беспрецедентное демографическое изменение, которое, согласно прогнозу Комитета по экономическому развитию, заставит компании энергично искать рабочую силу.

«Прежде компании предпочитали, чтобы пожилые сотрудники уходили на пенсию раньше, освобождая места для более молодых, - отмечает Комитет. - Однако это предпочтение - пережиток эпохи избытка рабочей силы - не сохранится, когда возникнет ее нехватка.»

Иными словами, добившись больших успехов, Соединенные Штаты к концу 90-х годов оказались в ранее неведомой экономической ситуации. Если многим людям новая экономическая эпоха казалась простирающейся в бесконечность, то другие не разделяли подобную уверенность. Учитывая неопределенности, многие занимали осторожно-оптимистическую позицию. «К сожалению, история насыщена представлениями о подобных «новых эпохах», которые в конце концов оказались миражем, - заметил Гринспэн в 1997 году. - Короче говоря, история учит осторожности.»

Экономические статьи

 + Мировые товарные рынки

 + Экономические блоки

 + Финансы и инвестиции

 + Экономика предприятия

 + Экономические индексы

 + Макроэкономика

 + Основы менеджмента

 + Основы маркетинга

 + Мировая экономика

 + Экономические организации

 + Стратегическое управление

 – Экономика стран мира

Графики

 – Показатели стран мира

 + Курсы валют

 + Фондовые индексы

 + Цены на биржевые товары

 + Цены на акции

 + Экономические индикаторы

Экономические показатели

Полезная информация

Экономические новости

25.06.2017 22:28 В условиях низких цен на нефть стремление России к реформам остается неуловимым

23.06.2017 19:35 Индия Моди - 4-ая самая быстрорастущая экономика в 2017 году

21.06.2017 13:52 Экономические данные России за май указывают на постепенное восстановление

19.06.2017 23:00 Риск нефти для российского рубля

17.06.2017 13:05 Мигранты отправляют на родину миллиарды больше, чем в 2007 году

15.06.2017 12:01 WTTC: Глобальный туризм поддерживает в два раза больше рабочих мест, чем финансовый сектор

13.06.2017 11:57 Половина ожидаемого роста мирового ВВП в ближайшие 2 года будет происходить из США и Китая

11.06.2017 14:29 ОЭСР: глобальные экономические перспективы улучшились

07.06.2017 12:19 Пять вещей, которые нужно учитывать в мировой экономике

04.06.2017 12:32 Российский рубль может ожидать девальвация

Статистика